ШАВУОТ

На второй день Пэсах иудеи начинают считать дни до следующего праздника, Шавуот. В то время как Пэсах дала им физическую свободу, именно с Шавуот они приобрели свободу духа, потому что им дали Божий закон, Тору. Отсчитывание дней от Пэсах до Шавуот называется «отсчет Омера», хотя на самом деле это «отсчет из Омера». «Омер» — это мера веса ячменя. Тора предписывает, что «со дня после субботы» (фарисеи сочли, что это второй день Пэсах), когда сноп ячменя принесут в Храм в Иерусалиме, нужно отсчитать 50 дней и тогда приносить в жертву первый сбор из урожая пшеницы (Левит, 23:15—16). Таким образом, урожай пшеницы начинают собирать через семь недель после урожая ячменя, и этот праздник поэтому получил название «Шавуот» («Недели»). В то время как отсчет недель дает ему одно название, отсчет дней создает другое название, «Pentecost», по-гречески «пятьдесят». В наши дни Шавуот отмечают в один и тот же день, б-го числа месяца Сиван, но дни периода Омера по-прежнему подсчитывают, чтобы культивировать предвкушение от предстоящего получения Торы.

Поскольку это время — период ожидания, может показаться странным, что первые 32 дня ортодоксальные иудеи считают печальными. Этому времени присущи некоторые черты, сходные с оплакиванием умерших, например, в это время не стригут волос и не устраивают бракосочетания. Происхождение оплакивания неясно. Одно из объяснений — что многие из учеников рабби Акивы во II веке н. э. умерли от чумы в период отсчета Омера. На 33-й день, однако, эпидемия закончилась. Кроме того, в этот день закончился победой бунт Бар Кохбы. Пост, наложенный в связи с чумой и бунтом, был снят, и эта дата, «Лаг ба-Омер» («тридцать третий день Омера») стала считаться полупраздником. Оплакивание превращается в торжество, и часто в этот день наблюдается настоящая волна стрижки волос и бракосочетаний. Для мистиков эта дата значительна тем, что она является годовщиной смерти знаменитого мистика Шимона бар Йохая, ученика Акивы и предполагаемого автора средневекового мистического труда «Зогары». Таким образом, празднуется воссоединение его души с мистическими силами на небе. Мрачное, тяжелое настроение периода Омера, или «сефира» («отсчета»), кроме того, прерывается в наши дни празднованием Дня независимости Израиля (5-е число месяца Йар) и Дня Иерусалима (28 Йар). Неортодоксальные иудеи, как правило, не считают необходимым следовать ограничениям скорбного периода.

Библия не сообщает нам, когда именно Моисей получил Тору на горе Синай. Однако на основании книги Исход, 19, было подсчитано, что это произошло в третьем месяце, то есть в месяце Сиван. Поскольку на 6-е число Сивана приходится Шаву-от, эти два события, начало праздника пшеницы и откровения на Синае, стали одним торжеством. Историческое событие, по всей вероятности, дополнило природное, которое произошло от земли и жизни, связаннной с ней. Даже сейчас, когда основным значением для иудеев является теологическое, Ша-вуот (как и Пэсах) по-прежнему носит в себе отго
лоски праздника урожая. Здесь нет каких-то особых ритуалов (как, например, употребления в пищу опресноков в Пэсах), но зато есть веками существовавшие обычаи. Одним из них является обычай украшать синагогу цветами и растениями, которые символизируют цветение на горе Синай, когда Тора была явлена Моисею.

Еще один обычай — употребление в пищу молочных блюд, особенно творожных ватрушек. Этому обычаю есть несколько объяснений. Одно из них — что до введения законов о мясе иудеи могли быть уверены только в молочных блюдах. Еще этот обычай объясняют тем, что употребление молочных продуктов служит напоминанием о «земле, в которой течет молоко и мед (Второзаконие, 26:9), куда Бог привел их после исхода из Египта. Глава 26 Второзакония подчеркивает благодарность людей за землю и то, что она производит. Израильтяне должны помнить о том, как скромно и трудно они начинали (стих 5) и приносить Богу первые плоды (то есть лучшие) урожая (стихи 1—3, 10). «Праздник первых плодов» — это фактически второе название Шавуота. Основная идея остается, что, хотя и нет больше Храма, куда можно принести первые плоды, не следует считать урожай как нечто само собой разумеющееся.